Эпос о Гильгамеше: меж богами и животными

Эпос о Гильгамеше — одно из древнейших произведений, созданных человеком. В прошлом году американскими учёными были расшифрованы его новые фрагменты, которые открывают читателю новую перспективу на основную тему этого эпоса — становление человеком. Перевели для вас небольшое эссе от Aeon, рассказывающее о значимости этих новых фрагментов для понимания эпоса.

Переводчик: Артём Белов.

Читать далее

Через мультивселенную: как концепция нескольких миров может повлиять на ход истории?

Это третий текст из того самого нашего опроса. Сегодня концепция параллельных миров вдохновляет писателей и режиссёров на создание шедевров искусства, а ещё несколько веков назад (и даже в античности) великие мыслители искали философскую основу мультивселенной и основывали на ней свои учения. Мы перевели интереснейшее эссе от Aeon, в котором описывается история зарождения этой идеи и её глубочайшего влияния на реальную историю этого мира.

Читать далее

Мечты о Карелии: литература шведоязычных финнов, живших в России

Летом многие петербуржцы и гости города отправляются побродить по уютным улочкам Выборга или по таинственным лесным тропам Карельского перешейка, чтобы отдохнуть от суеты большого города. Но не все знают о том, что когда-то эти места были не такими, какими они выглядят сейчас. Поочерёдно маленькие посёлки и деревни наравне с Выборгом принадлежали то Швеции, то Финляндии, то России. И этот вечный статус «пограничного района» наложил неизгладимый мистический отпечаток на лицо прекрасной Карелии.

Представляем вам перевод лекции финского литературоведа Агнеты Рахикайнен, в которой она рассказывает о роли Карельского перешейка для знаменитых писателей и поэтов Финляндии — в частности, их шведоязычного меньшинства. Все они жили в России, писали на шведском языке и называли себя финнами.

Читать далее

Посмертная поэзия Чарльза Буковски: пока мельчает дух, случается дерьмо

Поэзией Чарльза Буковски можно восхищаться, её можно критиковать, любить или ненавидеть. Она разнообразна. Она своеобразна. И, в какой-то степени, уникальна.

Представляем вам перевод эмоционального эссе, в котором автор Los Angeles Review of Books раскрывает читателям вопиющие факты редактуры стихотворений Буковски и её последствий — от исчезновения уникальных авторских образов до упрощения и замены целых строф. Немного о том, насколько бывает вредно стремление объяснить то, «что хотел сказать автор».

Читать далее

Тёмные начала Нарнии: сказка о сексизме, расизме и религиозной пропаганде

Многие из нас в детстве хотели, чтобы старый платяной шкаф, который стоит в бабушкиной комнате, оказался тайным проходом в прекрасный волшебный мир Нарнии. Но все мы когда-то вырастаем — и, оказывается, не все волшебные миры спустя годы остаются для нас столь же прекрасными.

Представляем вам перевод статьи известной детской писательницы Алисон Лури (Alison Lurie) для The Guardian, в которой она разбирается со сказкой Клайва Стейплса Льюиса, разделившей на два лагеря и взрослых, и детей.
Читать далее

13 авторов, возненавидевших собственные книги

Думаете, это ещё один перевод списка ненависти? С одной стороны, да, с другой — не совсем. Согласитесь, одно дело, когда писателю не нравится творение, созданное другими людьми по его книге, и совсем иное — когда ему не нравится созданная лично им книга. Этот список расскажет вам 13 историй, стоявших за такими «произведениями-отказниками». Спойлер: Энтони Бёрджесс попал и сюда.

Читать далее

Эдгар Аллан По: на грани жизни и сна. Часть вторая

История жизни Эдгара По полна секретов и загадок. Он придумывал увлекательные сюжеты не только для литературных произведений, но и для своей печальной монотонной жизни. Согласно его историям, он объездил целый свет и побывал даже в Петербурге, но все эти приключения оказались сплошной выдумкой.

В первой части статьи наш переводчик и автор Джордж Замза рассказал, как Эдгар По добивался успеха на литературном поприще. Обширная вторая часть материала раскроет перед вами особенности его литературного творчества — прозы и поэзии по отдельности.

Читать далее

Невероятная история научной фантастики: от бульварных журналов до киберпанка

Мы переводили этот потрясающий лонгрид — сложно представить! — больше месяца, и вот, наконец, он перед вами. Представляем вам полную невероятную историю становления жанра научной фантастики, рассказанную Джеффом Вандермеером.

От редакции: антология, для которой была написана эта статья в качестве предисловия, в России так и не вышла, поэтому мы опустили последнюю часть, относящуюся непосредственно к ней. Вы можете ознакомиться с оригиналом материала по ссылке в конце.

Читать далее

Невероятная история научной фантастики: Часть шестая

Перед вами шестая и предпоследняя часть невероятной истории — небольшая, но интересная глава о роли международной научной фантастики, ведь советская, украинская, японская и латиноамериканская научная фантастика не оставалась в стороне от общего литературного дискурса! В этой части вы обязательно найдёте для себя несколько новых интересных имён, произведения которых могут находиться в вашей домашней библиотеке — чтобы немедленно приступить к чтению!

Вы ещё не завели специальный блокнотик для новых имён и произведений, которыми усыпан этот замечательный лонгрид Джеффа Вандермеера? Правда?

Читать далее

Невероятная история научной фантастики: Часть пятая

Не далее как вчера (16 декабря) день рождения отмечали целых два писателя, оказавшие огромное влияние на мир научной фантастики и литературы в целом: Артур Кларк и Филип К. Дик. И, по счастливому совпадению, в сегодняшней части лонгрида о невероятной истории научной фантастики Джефф Вандермеер рассказывает именно о периодах их активного творчества.

Феминизм и научная фантастика — они связаны друг с другом теснее, чем вам казалось! Об этом тоже в сегодняшней части.

Знаете, по мере того, как мы переводим для вас этот лонгрид, перед нами предстают всё новые и новые имена писателей-фантастов — как классиков и популярных ныне, так и несправедливо забытых — и каждый раз сам жанр научной фантастики раскрывается для нас по-новому. Жанр на протяжении всего своего развития затрагивал и социологические, и гендерные, и антропологические, и политические (об этом в следующей части) проблемы, и по сей день считается среди «серьёзных» литераторов «низким» жанром, книги которого должны стоять на отдельных полочках. Справедливо ли это?

Читать далее