Нерекомендованный Гамсун

Имя Кнута Гамсуна часто попадает во всевозможные списки «Ста лучших книг», «25 книг, которые нужно прочесть до n–лет» и прочие, прочие сомнительные рекомендательные перечисления. Как правило, во всех этих списках фигурирует один текст Гамсуна — его дебютный роман «Голод». О самом авторе обычно коротко сообщают: лауреат Нобелевской премии 1920 года — и на этом знакомство заканчивается. Читайте «Голод», «Голод» = Гамсун. Заинтересованный читатель докопается до информации о том, что Гамсун активно поддерживал нацистов и нобелевскую медаль подарил Геббельсу. Модернистский «Голод», Нобелевская премия, нацисты — вот и всё, что знает о Гамсуне сегодня массовый читатель. По крайней мере, хочется надеяться, что хотя бы это-то он знает.

Мы не будем заниматься пересказом фактов и рассуждать об узловых моментах биографии Гамсуна, в сотый раз говорить о причинах его симпатии к нацистам и, с высоты XXI столетия, великодушно оправдывать великого норвежца. Мы просто предложим прочитать Гамсуна «от противного», игнорируя бесконечные списки и рекомендации. Хотите узнать, что такое Гамсун — не читайте «Голод», проникните в мир этого автора другой, заросшей тропой.

Недавно известный (перечисляем регалии на свой вкус) Д. Л. Быков в своей очень по-скандинавски звучащей программе1«Один» на радио Эхо Москвы коротенько прошелся по Гамсуну, заявив, что «Голод» — «хорошо», а всё остальное («Пан», «Мистерии» и дальше) — «плохо». Вот мы и предложим читателю «нерекомендованный» и «плохой» роман Гамсуна.

После «Плодов земли», принесших норвежцу Нобелевскую премию, Кнут Гамсун пишет роман «Женщины у колодца». Вероятно, «Женщины…» — самый мрачный его роман. В «Плодах…» Гамсун попытался создать и описать идиллию — а сразу же после идиллии явил мир уродливый и неправильный, сделал героем одноногого Оливера, женатого кастрата. Если читать эти романы в хронологической последовательности, то возникает ощущение какого-то приятного… разочарования — до того крестьянская идиллия Гамсуна (упрощая: «человек должен трудиться на своей земле, и в этом — счастье») кажется сегодня невозможной, что следить за отрицательным примером куда интереснее, чем глядеть на неправдоподобные очертания утопии.

Что сегодняшний читатель может увидеть в этом тексте, о чём таком мог поведать Гамсун в двадцатом году прошлого века? Колодцев никаких в городах давно нет, женщины нигде не собираются посудачить…

По названию этого романа можно было бы именовать всевозможные интернет-сообщества районов и городков, где люди любят делиться своими переживаниями, спорить и воевать. Пробегитесь по этим страничкам, оцените интересы людей, ход их мысли, их логические построения и язык, на котором они изъясняются. Громадный колодец, жуткое многоголосие — маленькую жизнь раздирают бесчисленные страсти. Естественно, это лишь тот блик, который возникает, если смотреть на роман с точки зрения банальной злободневности. Если верить Гамсуну, то вряд ли за какое-то столетие человек изменился, и уж тем более — вряд ли стал лучше. Прогресс, снова по Гамсуну, скорее вредит человеку. Всего стало больше: городов, людей, слухов — и всё вращается вокруг одних и тех же тем. Распространяется ли обобщение Гамсуна и на день сегодняшний? Так ли плох город, так ли давит и уродует он человека, превращает его в «нечто недоконченное» и «попорченное»? Имеет ли среда такую власть над человеческой душой? Гамсун даёт однозначный ответ. Согласится ли с ним читатель — в большинстве случаев житель городской — это главный вопрос, и один из поводов прочитать роман, заглянуть в колодец: и увидеть — или не увидеть — там себя и свою жизнь.

После тяжелых, ветхозаветных «Плодов земли» «Женщины…» читаются легко. В них Гамсун пишет в своей традиционной сбивчивой манере: речь не всегда оформляется в прямую, она вплетается в повествование, когда герой начинает говорить и размышлять, отчего при чтении возникает странное ощущение «монолога», порой нервного и шизофренического; мы вдруг оказываемся в голове калеки-героя, думаем его думы, заражаемся его подозрениями. Прошедшее время в повествовании сменяется настоящим, темп прозы лихорадит — за слогом иногда следить интереснее, чем за пересудами жителей городка.

«Женщины у колодца» — роман, в котором Гамсун «двоится». С одной стороны, он верен своему принципу «Я хочу изобразить тончайшие движения с души», с другой — стремится диагностировать главный недуг эпохи, предостеречь человечество. Человек с его страстями мельчает в его текстах, всё более значительным становится социальное. Герои первых романов — подлинные герои, борцы, там есть место трагической любви и смерти (в «Женщинах…» же персонаж, раздавленный бочками, стал, по слову автора, «несколько более плоским» — какова гибель!), тексты же вроде «Женщин…» повествуют о слабых людях, существующих в убогой, вредной среде.

Таков нерекомендованный Кнут Гамсун. Гамсун, которого не спешат переиздавать и включать во всевозможные списки.

Георгий Меньшиков


20.21.2017
Обложка: Wikipedia Commons
Иллюстрация: Женщины у колодца П. Пикассо

 ВКонтакте • Telegram • Яндекс.Дзен • Facebook • Patreon


ПОМОЧЬ ПРОЕКТУ

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Сноски   [ + ]

1. «Один» на радио Эхо Москвы

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *